ОБРУЧЕННАЯ С БОГОМ

Стильный Христианский Портал

ОБРУЧЕННАЯ С БОГОМ

ОБРУЧЕННАЯ С БОГОМ

 

Людмила Грыгель,  «Мистика Божьего Милосердия «

  

 
 

 Hа протяжении долгих лет – наверно, с начала своей жизни, или, скорее всего, с начала выполнения своей миссии – сестра Фаустина старалась приблизиться к Мужу скорбей и познать реальность Его спасительных страданий.

 

alt

 

 Секретарь Божьего Милосердия чаще всего «видит» – то есть лучше всего «знает» и больше всего любит – Иисуса, измученного бичеванием, с терновым венком на голове. 
Милосердный Христос на образе, написанном по видению, которое было у сестры Фаустины Ковальской 22 февраля 1931 году в Плоцке, – это Христос Воскресший, но, поясняет она художнику из Вильно, Его взгляд – «это взгляд с креста» (329). Глашатай Божьего Милосердия знает: прежде, чем воскреснуть вместе со Христом, она должна «жить с Ним». Пасхальное утро наступает после Страстной Пятницы и Великой Субботы. Страдания и смерть Сына Божия необычайно сильно выражены в Богослужении Божьего Милосердия и во всей миссии сестры Фаустины, потому что это – сильнейший довод любви Милосердного Бога к тем, кто Его ранил, обидел, распял грехами. С этого момента Бог, «желая взглянуть на землю, должен смотреть сквозь раны Иисуса» (60). Следовало бы добавить, что человек, желая смотреть в небо, желая лицезреть Бога, должен увидеть крест.


ОБРУЧЕННАЯ С БОГОМ

 

Людмила Грыгель,  «Мистика Божьего Милосердия «

  

 
 

 Hа протяжении долгих лет – наверно, с начала своей жизни, или, скорее всего, с начала выполнения своей миссии – сестра Фаустина старалась приблизиться к Мужу скорбей и познать реальность Его спасительных страданий.

 

alt

 

 Секретарь Божьего Милосердия чаще всего «видит» – то есть лучше всего «знает» и больше всего любит – Иисуса, измученного бичеванием, с терновым венком на голове. Милосердный Христос на образе, написанном по видению, которое было у сестры Фаустины Ковальской 22 февраля 1931 году в Плоцке, – это Христос Воскресший, но, поясняет она художнику из Вильно, Его взгляд – «это взгляд с креста» (329). Глашатай Божьего Милосердия знает: прежде, чем воскреснуть вместе со Христом, она должна «жить с Ним». Пасхальное утро наступает после Страстной Пятницы и Великой Субботы. Страдания и смерть Сына Божия необычайно сильно выражены в Богослужении Божьего Милосердия и во всей миссии сестры Фаустины, потому что это – сильнейший довод любви Милосердного Бога к тем, кто Его ранил, обидел, распял грехами. С этого момента Бог, «желая взглянуть на землю, должен смотреть сквозь раны Иисуса» (60). Следовало бы добавить, что человек, желая смотреть в небо, желая лицезреть Бога, должен увидеть крест.

Страдания Христа – постоянная тема размышлений и содержание мистических переживаний блаженной сестры Фаустины. Интегральная часть познания любви – познание страдания, названная святой Екатериной Сиенской «доктриной Христа Распятого». Поль ская монахиня всю жизнь «изучает» эту доктрину в «школе страдания» под руководством Иисуса Христа, Который в день принесения Фаустиной вечных обетов напоминает: «Помни, с Кем ты обручилась…» (239), и еще за несколько месяцев перед смертью напомнит: «Не забывай, что ты – ученица Распятого Учителя» (1513). В одном из первых мистических видений перед ней «предстал Иисус, лишенный одежд, с ранами по всему телу». Именно так выглядит Христос, Который учит: «Невеста должна быть похожа на своего Жениха». И Его ученица понимает всё: «Я глубоко поняла эти слова. Здесь нет места для каких-либо сомнений. Мое подобие Иисусу должно идти через страдание и смирение» (268). Со-страдание с Иисусом Христом из любви к Нему усиливает эту любовь «до безумия».

Познание и сочувствие касается не только любви, но, в равной степени, и физических, и духовных страданий Спасителя. Итак, Фаустина переживает «всю горечь» Божественного Сердца Иисуса, чувствует физическую боль от тернового венца и пяти ран. У нее не было видимых стигматов, и она очень радовалась этому: «Я рада, что Иисус закрывает меня от взоров людей» (1055), потому что хотела уподобиться Ему и в этом не-ведении, равнодушии мира. Зато Фаустина часто чувствовала боли от стигматов, и не только во время размышлений над Страстями Господними, но и тогда, когда она брала на себя (как Христос, а вернее, вместе с Ним) страдания за грехи других людей. «Часто я чувствовала Страдание Иисуса Христа в своем теле, и хотя это было непостижимо, я радовалась, ведь этого хотел Иисус. (…) Эти страдания зажигали мою душу огнем любви к Богу и бессмертным душам» (46). Любовь к Богу рождает любовь к бессмертным душам, для которых сестра Фаустина – так, как Христос, – готова страдать. Но чтобы эти страдания принесли плод спасения, они должны соединяться со Страстями Господними и укрепляться Божьей благодатью. Бог усиливает любовь соединенной с Ним монахини и придает спасительный, «божественный» смысл страданию: «…сила Твоей благодати удерживает меня на высшем уровне», – с благодарностью утверждает она, – «и делает достойными мои страдания. Ты даешь мне силу, чтобы всегда идти вперед, приступом завоевывать небо и питать любовь к тем, кто доставляет мне неприятности и пренебрегает мной» (1620). Эти слова написаны в последний год жизни, когда Фаустина уже была тяжело больна и не могла работать даже в привратницкой. Однако монахиня крепка Божьей силой и постоянно, без устали уподобляется Христу. И именно тогда она быстрее всего совершенствуется и «приступом» завоевывает небо, потому что теперь в ней больше действует Бог, нежели она сама.

В ее «богословском» размышлении о плодотворности страдания, поддерживаемого оправдывающей благодатью, отражается сияние Божьего учения. Физические и духовные страдания, переживаемые с любовью, усиливают взаимную любовь Бога и человека, вследствие чего они ускоряют мистическое обручение, а затем – упрочивают связь души с Богом, как связь невесты и Жениха. Мистическое обручение не устраняет ни физической боли, ни духовной муки, наоборот, усиливает их, и поэтому увеличивает взаимопонимание и сочувствие. Переживание обручения утверждает реальное единство, но это не означает, что усилия в познании Возлюбленного закончились, что уже больше не нужно стремиться одаривать Его всё большей любовью. Любовь приносит радость и умиротворение, но в жизни возлюбленной Христа Распятого «кроме всех этих радостей, всегда лежит тень страдания».

 

  Страдания невесты – знак единства со страдающим Женихом. Под влиянием переживания мистического союза со Христом возрастает любовь и жажда страдания.

Сестра Фаустина много раз описывает эту своеобразную связь страдания и любви, которую она познала и очень интенсивно переживала. Примером может служить запись, сделанная в конце 1936 г., когда монахиня видит Христа, «непостижимо прекрасного», слышит Его поучение и испытывает Его бесконечную нежность: когда Он прижимает ее к Своему Сердцу. После описания этого мистического переживания Фаустина добавляет одну фразу, которая лаконично выразила полученное знание: «Когда я осталась одна, моя душа загорелась желанием страдать вплоть до того момента, когда Господь скажет: хватит» (853). Когда Христос проявляет Свою любовь, то, как бы в ответ на это чувство, Фаустина загорается «желанием страдать». Познание любовью (единством в любви) обогащается благодаря познанию страданием (единством в страдании). «Любовь и страдания соединены в моем сердце» (1050), – пишет монахиня в Страстную Среду 1937 г., когда она уже много настрадалась и очень сильно любила. Переживая страдания Христа, взятого под стражу, ее израненное сердце чувствует «каждый удар Сердца Иисуса» (1054). Причина этого внутреннего, наиболее интимного страдания (потому что страдает Жених) – только и исключительно – любовь невесты. Итак, блаженная сестра Фаустина соединяется со Христом не только в любви, но и в страдании.

«Даже если эти страдания касались меня самой», – пишет она о страданиях Иисуса в темнице, – «я бы меньше страдала, но когда я смотрю на Того, Кого я возлюбила всей силой своего сердца, когда вижу, что Он страдает и ничем Ему не могу помочь, мое сердце разрывается от любви и горечи» (1054). После этого реалистического описания страдания, названного прямо «мучением», написана ошеломляющая фраза, констатирующая очевидное для логики любви явление: «Моя любовь в этом страдании непостижимо усилилась» .

Переживание Страстей Господних, выражающееся в реальном страдании вместе с Ним, делается для сестры Фаустины источником знания о действии Милосердного Бога. Наиболее горячее объяснение в любви и наиболее ясное познание реальности Бога сопровождало размышление над Страстями Господними: «…когда размышляю о Муке Иисуса, то мне приходит ясное понимание многих вещей, которые я не могла понять прежде», – констатирует Фаустина и вслед за этими словами пишет о своей горячей просьбе, – «я хочу быть подобной Тебе, Иисус, Тебе распятому, замученному, униженному. (…) В таком состоянии люблю Тебя, Господи, до безумия. Вековечный и неизмеримый Боже, что любовь сделала с Тобой?» (267). Это непроизвольное объяснение в любви инспирировано не эмоциональной спонтанной реакцией, оно выражает великую ясность познания и удивительную безупречность в богословском отношении: Иисус, униженный палачами, – Бог-Человек, воплощение Милосердной Любви. «Я захвачена близостью креста». Фаустина стремится к единению со Христом, страдая вместе с Ним и так, как Он. Она идет по Его следам от триумфального въезда в Иерусалим, через Гефсиманию, на Голгофу. Это выражается в особенном переживании каждой Страстной Недели. Монахиня – мистик Милосердия – любое страдание, которое ей приходится переживать в своей жизни, соединяет со страданиями Распятого. Она уподобляется Жениху, подражает Ему в том, как принимает и переносит страдания: «…души, которые подобны Мне в страданиях и унижениях», – преподает Учитель в школе страдания, – «будут подобны Мне и в славе» (446).

Страдание пронизывает всю духовную жизнь и придает смысл всем переживаниям и, прежде всего, делает совершенной жертву Фаустины: «Чтобы моя жертва была совершенной», – пишет она с огромной уверенностью, – «я тесно соединяюсь с жертвой Иисуса на кресте» (957). Самый важный критерий прогресса в духовной жизни блаженной сестры Фаустины – это степень ее приближения к кресту. Пребывание Фаустины вблизи креста означает погружение в муки мистических ночей, которые она, с характерной для себя впечатлительностью, свойственной первым апостолам, жертвует за грешников. Единство в страдании делает ближе и укрепляет единство в интенциях. Фаустина достигнет духовного совершенства и тесной близости с Христом тогда, когда полностью избавится от страха перед страданиями, и даже начнет горячо их жаждать из любви к Иисусу и грешникам. «О, Христе», – свидетельствует она в Страстную Неделю 1938 г., – «страдать для Тебя – блаженство для моего сердца и души», – и затем эти слова переходят в возглас, полный любви, – «страдания мои, продолжайтесь до бесконечности, чтобы я могла давать доказательства моей любви» (1667). Сестра Фаустина Ковальская «захвачена близостью креста» (603) тогда, когда старается понять величие Божьей любви и сущность человеческой верности Богу, выражающейся в «совершенном исполнении Его воли», то есть, в отречении от своей собственной.

319 Просмотров 1 Сегодня

Добавить комментарий